lpgzt.ru - История Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
23 января 2017г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031
Блоги авторов 
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Облизбирком
Государственная поддержка хозяйствующих субъектов
Знамя Октября
Липецкое время
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Молодежный парламент Липецкой области
Управление потребительского рынка
Федеральное казначейство
Золотой гонг
История 

Жизнь и приключения счастливого человека

23.01.2017 "ЛГ:итоги недели". Ирина Белашева
// История

Окончание. Начало ЗДЕСЬ


Главное творение – собственная жизнь


Что значит ландшафтный гений? А то и значит, что умер он почти двести лет назад, а следы-то сохранились! В усадьбе Дворяниново, где Андрей Болотов прожил большую часть жизни и где разбил ещё один парк, на этот раз для себя, ветер до сих пор шевелит кронами вековых деревьев, на склоне холма угадываются древние террасы, старые каскады прудов отражают небо в своих зеркалах.


Могли не сохраниться растения, сгорел деревянный дом, несколько раз даже сама страна исчезала и возрождалась, но рельеф его усадьбы вот он – все эти холмики, террасы, склоны, дубы, лиственница, вязы, то есть все могучее и вневременное. Он, собственно, к этому и призывал – следовать за природой. Но, как выяснилось, видел на триста лет вперёд. Осознанно или подсознательно, интуитивно.


Парадокс заключается в том, что Болотов не был ландшафтным гением! Вернее, был не только ландшафтным гением. Да, он обустраивал парки, но, кроме того, он писал философские труды, экономические работы, издавал журналы, выращивал яблоки.


Причём он занимался этим просто для удовольствия. Самым главным его творением была его собственная жизнь, которую он писал, как книгу, каждый день и которой он наслаждался. Его наследие, практически процентов на девяносто не изданное или не переизданное, как говорят, составляет 350 условных томов. Особое место там занимает «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков», где он описал свою жизнь. Это и мемуары, и художественная проза, и конечно же, сразу бросается в глаза слово «приключения». Какие ещё приключения могут быть у благонравного помещика, практически не покидающего свою деревню? Но его жизнь действительно была полна событий.


Однажды Андрей Тимофеевич записал:


«Мне при начале сего года шёл 55-й год и 19804-й день моей жизни». То есть, он жизнь свою считал не на годы, а на дни, и каждый день ему был ценен. И в этом тоже рецепт счастья от Андрея Болотова.


Он сказал в восемнадцатом веке какое-то новое слово про севооборот. Причём системы земледелия, отвечающие требованиям экологии и исключающие истощение и деградацию почв, в XXI веке современны, как никогда.



"Земля, – писал Андрей Тимофеевич, – сама собой исправиться не может и ества (естества) своего переменить не может: она требует себе вспоможения от рук человеческих…»


Это сельское хозяйство. Параллельно он написал «Путеводитель к истинному человеческому счастью» аж в трёх частях! Очень жаль, что эта книга, изданная единственный раз при его жизни, сейчас доступна только в изложениях историков, но даже в этих изложениях мы видим что-то очень близкое нам сегодняшним.


Например, «не упускайте никаких случаев ни к чтению, ни к слушанию, ни к разговорам о нравоучительных, важных материях».



"Случится же вам когда нечаянный и удобный случай к производству какой-нибудь добродетели, или оказанию к соделанию какого-нибудь хорошего и угодного Богу дела, например: к споможению бедному человеку в нужде, к прощениию кому-нибудь сделанной вам обиды и озлобления и к прочему тому подобному, то сколь приятно будет Богу, если вы и сего не пропустите...»


С людьми, по мнению Болотова, необходимо общаться, руководствуясь золотым правилом – видеть в человеке «более хорошее, нежели худое». Целый раздел книги автор посвящает теме «О пользе увеселения натурой».



"Мы ощущаем в себе толь великую перемену, что можно сказать, что мы равно как перерождаемся, начинаем новую жизнь и входим в другой и великолепнейший свет, как скоро обучимся сему искусству»,  – пишет он. Андрей Тимофеевич рекомендует читателям целый список книг «о увеселениях красотою и устроением натуры в разных землях и трудами разных учёных мужей составленными».



"Таковые книги, – заключает он, – послужат вам вместо проводников... Читая их, можете вы не только наслаждаться уже приятнейшим увеселением, но мало-помалу и всему тому порядку нечувствительно научиться, которым должны располагаемы быть требуемые примечания и рассуждения, и извлекаемые из них нужные для нас увеселения».


И, как рассказывают экскурсоводы музея-усадьбы Андрея Болотова в Дворяниново, на экскурсиях в этом месте они всегда делает драматическую паузу, и ещё не было людей, которые бы выдержали паузу и не спросили, так где же, где путь к человеческому счастью? Это ведь сейчас, в двадцать первом веке, важно так же, как и в восемнадцатом. Впрочем, так же, как и севооборот.



Молитвы Болотова


Он написал воспитательную книгу «Детская философия, или нравоучительные разговоры между одной госпожой и её детьми, сочиннёные для споспешествования истинной пользе молодых людей». Про детей. И для детей – он ставил своей целью познакомить их «с устроением и распоряжением мира и всех находящихся в оном известных вещей и связью между оными» и дать детям «правильныя понятия о нашей жизни, о должностях, которыми мы к Богу, к самим себе и к другим людям обязаны», то есть разъяснить, что «им вообще в жизнь свою делать и чего не делать».


Он сочинил 14 молитв по дням недели, «Отче наш» ему было мало для разговора с Богом. Его радости было мало этих канонических слов! Он сочинял пьесы для детского театра и, собственно, организовал и сам такой театр в Богородицке. Он написал «Яблочные книги» – «Изображения и описания разных пород яблок и груш, родящихся в Дворяниновских, а отчасти и в других садах», где фигурируют более 600 сортов яблонь, которые он собрал в своих садах. Описал словами и зарисовал в альбомах – внимание! – «в натуральную величину».


Вообще его любимым плодом были яблоки. Он их обожал, давал им имена, производил на продажу, сажал их для красоты на террасах. Помидоры же тогда считали баловством, и Андрей Тимофеевич был чуть ли не первым в России, кто начал их есть. До этого их использовали для красоты. Легенда гласит, что его четырёхлетний сын случайно съел «любовное яблочко» (так их называли), испугались – умрёт! Не умер. Тогда Андрей Тимофеевич разрезал ещё одно «любовное яблочко» на четыре части и съел с интервалом в пятнадцать минут. Тоже не умер. Понравилось. Стал разводить на еду.


Ещё он – очень трогательно! – в большом количестве расставлял в своём саду лавочки (он называл их «сиделками»), а на скамеечках деликатно писал всякие душеспасительные изречения типа «возлюби ближнего своего». Но не обязательно, можешь и не возлюбить, если не можешь, но в любом случае поешь смородины – рядом с каждой скамеечкой был какой-нибудь съедобный куст, и до сих пор по наличию одичавших потомков этих кустов сотрудники музея опознают места расположения скамеечек.


Он был очень, как сейчас бы сказали, толерантен. Когда его друг, Николай Иванович Новиков, просветитель и масон, попытался позвать его в общество очень издалека и, как сейчас бы сказали, манипулятивно, Андрей Тимофеевич со своей крестьянской простотой его прервал на самом интересном месте и сказал что-то вроде – я всё понял, спасибо, конечно, за доверие, но в масоны я не пойду, а тебя люблю и буду любить безотносительно. И как-то сумел это сделать необидно, не поставив себя над просветителем Новиковым.


В общем, он, наверное, не был ни Леонардо, ни Микеланджело, ни Ньютоном. Он ничего не изобрёл (несмотря на то, что яблоки часто падали ему на голову). Он просто всем интересовался и всё любил. На территории усадьбы нет следов храма или часовни, святошей он не был, некогда было, но каждое утро он начинал с благодарственной молитвы (вон даже сам их сочинял) – благодарил Бога за жизнь и за окружающий мир, а каждый вечер – благодарил за хороший день.


Как царь Мидас превращал в золото всё, к чему он прикасался, так и Андрей Тимофеевич превращал всё, что видел и к чему прикасался, в радость. «Путеводитель по человеческому счастью» и «Яблочная книга» для него были равны.



Особый образ жизни


Андрея Болотова можно с полным правом назвать не только первым русским ландшафтным дизайнером, но и проповедником особенного образа жизни –  творческого, здорового, полного людей и событий.



"В каждое утро, встав почти с восхождением солнца, первое моё дело состояло в том, чтоб, растворив окно в мой сад и цветничок, сесть под оным и вознестись при том мыслями к производителю всех благ и пожертвовать ему первейшими чувствиями благодарности за все его к себе милости. Между тем как я сим первым и приятнейшим для себя делом занимался, готовил мой Абрам (который продолжал и в деревне мне служить и отправлять должность камердинера, при помощи одного мальчишки, по прозвищу Бабая) мой чай.


Сей был у меня в тогдашнее время особливый. Некогда имея нужду полечить себя от заболевшей груди варёною в воде известною травою буквицею {Буквица – буковица, буковина – полевой шалфей.}, подслащённою мёдом и приправленною сливками, и продолжая пить сего напитка несколько дней сряду, я так к нему привык, и он мне сделался так приятен, что я позабыл совсем о чае и пил вкусный отвар сей всякое утро с таким же удовольствием, как и самый лучший чай китайский».


Он ничуть не чувствовал себя брошенным и отделённым от большой жизни. Хотя Интернета не было, почта шла долго, до Москвы – три дня пути, и даже до Тулы 60 вёрст.


Ну, поговорить ему, положим, было с кем – соседи не переводились. Именно для них он делал у себя в парке в Дворяниново всякие штучки, гроты, полянки, беседки, писал нравоучения и сажал смородиновые кусты у «сиделок», поил чаем, делился «отрывками» растений и угощал такими деликатесами, как помидоры и картошка. Но ведь гости на даче – это конец полезной деятельности. Шашлыки и прополка, как известно, несовместимы?


Андрей Тимофеевич был очень организованным человеком – летом он вставал в половине четвёртого, зимой – в половине шестого. «Наиприятнейшею из всех для меня комнатою был мой кабинет», где он занимался «своими книгами, пером, кистями и разными другими занимательными упражнениями, доставлявшими мне всегда тысячи минут приятных». Особенно зимой. Летом же и весной хозяин усадьбы отдавал очень много времени одному из своих любимых занятий – садоводству.


"Ибо как сады по существу своему давали пищу и уму и сердцу моему и доставляли мне не только чувственные и телесные, но и самые душевные удовольствия, – писал Андрей Тимофеевич, – то всего более и прилежнее занимался я ими и чрез то самое сделался нечувствительно к ним охотником».



Радушный хозяин


Но, невзирая на свои интеллектуальные занятия, исследования, переписку, книги, он был очень радушным хозяином. Он обожал гостей, а не просто находил на них время. И сам любил ездить в гости.



"Дни проводил я по привычке моей в беспрерывных и разных упражнениях, сколько мне разъезды по гостям и угащивание у себя часто приезжавших гостей дозволяло… – пишет он. –  Редкая неделя проходила, чтоб мы куда не ездили или чтоб к нам кто не приезжал».


И в Дворяниново, а потом в Богородицк, а потом опять в Дворяниново к нему постоянно съезжались родственники, друзья, соседи, местные дворяне и чиновники.


«Часто собрания сии бывали так многочисленны, что не доставало почти места к помещению гостей всех», – вспоминал он. Обсуждали книги, читали вслух, смотрели представления детского театра и слушали музыку, танцевали, гуляли по парку и любовались «затеями» богатого на выдумку хозяина.


В круг увлечений входили и всевозможные игры: бильярд, шахматы, карты.



"Вольное, непринужденное и дружеское между всеми упражнение и препровождение времени всякий раз в разных увеселительных играх и резвостях позволительных были поводом к тому, что мы всю осень сего года провели отменно весело и приятно, и я не помню, чтобы когда в иное время игрывал я так много в карты, как в сию осень и зиму».


Причём, когда неугомонному Андрею Тимофеевичу Болотову наскучила модная тогда «трисетная игра», он, по обыкновению, углубился в литературу и в одной немецкой книге нашёл описания игр, «употребляемые в Европе». Вскоре он «переучил всех своих знакомцев» играть и в «гишпанский реверсис», и в «английской виск», и в «итальянскую тароки». Причем для тароки были нужны специальные карты, которых, естественно, в Тульской губернии взять было негде, и тогда Андрей Тимофеевич просто нарисовал их.



"Я, достав себе несколько колод таких карт, которых задники были белые, а не пестрыя, приделал сам к ним все недостающее число карт и украсил их столь прекрасными рисуночками, что не уповаю, чтоб и настоящия тароки были так хороши и красивы, как мои...»


Были у него друзья и в столицах, с которыми он переписывался. Длинно, неспешно, основательно. Более того, живя у себя в отдалённой деревне в Тульской губернии, с 1780 года в течение десяти лет в издательстве своего друга Новикова он издавал «Экономический магазин» (и был его главным автором). Его 40 томов называют «настоящей энциклопедией сельского хозяйства».


А сельская жизнь стала отдельным предметом его наблюдений. «Забавы живущаго в деревне, или Собрание разных мелких нравоучительных сатирических, натурологических и других, отчасти важных, отчасти забавных сочинений, писанных в праздные часы для пользы и удовольствия себе и другим людям одним россиянином, написавшим некогда детскую философию и разные другие книги».


Неужели при всём при этом у «одного россиянина» были «праздные часы» для подобных «забав»?


Вот какие грани сельской жизни он исследовал: «О самолюбии, или О том, почему всякой почитает себя умнейшим», «О ложном мнении, что разум наш довольно совершен», «О пользе, происходящей от чтения книг», о моде и слепом следовании ей, о зимних красотах природы. Жизнь в деревне была насыщенной и полной событий, человек точно так же стремился там к пользе и смыслу, к красоте и творчеству, к радости и счастью.


Счастье – не снаружи, оно не в деньгах и положении, не в происхождении и наследстве, не в образовании и в окружении, и даже не в счастливом расположении звёзд. Оно – внутри. Оно наступает тогда, когда человек не пишет книгу о жизни, а когда он пишет книгу своей собственной жизни. С количеством страниц не по числу прожитых лет, а по числу прожитых дней, как это делал Андрей Тимофеевич Болотов.


Счастье – это когда ты делаешь то, что любишь сам, а не то, что прописали тебе общество или нравы и традиции. Счастье – это когда ты создаёшь свой уникальный мир, которого никогда не было раньше, окружаешь себя людьми, которые тебе близки, формируешь свою собственную реальность, свою собственную среду обитания, в которой тебе комфортно и весело. В которой тебе радостно просыпаться по утрам. И совершенно неважно, в каком веке ты живёшь, провели ли туда Интернет или на каком языке ты говоришь. Если ты счастлив, то твоё время и твоё место всегда будут именно теми, в которых тебе повезло родиться.


Прошло много лет, и психолог Абрахам Маслоу, автор теории самоактуализации как вершины пирамиды человеческих потребностей, написал: «Если вы намеренно собираетесь стать менее значительной личностью, чем позволяют вам ваши способности, я предупреждаю, что вы будете глубоко несчастливы всю жизнь».



Эпилог


Андрей Тимофеевич дожил до 95 лет (загородная жизнь – это очень здоровая жизнь!). В музее в Дворяниново можно увидеть его неотчётливый портрет. Он, похоже, не устраивал кастинг живописцам (деньги, наверное, экономил, всё-таки он был очень практичным деревенским жителем, то ли дело – книги). Там обращаешь внимание на две детали –  глаза очень живые (скрыть это даже провинциальному живописцу оказалось не под силу) и уголки губ повернуты кверху, так бывает у оптимистов. А так – никакого магнетизма, как у аскета Суворова или Вольтера, поручившего нам возделывать свой сад. И ничего слащавого. И никакой умной поволоки в глазах. Простой деревенский житель без прикрас.


В общем, сейчас, в двадцать первом веке, он современен, как никогда. И своим искренним простодушием. И своим стремлением проявить себя и выразить во всем, чем его наделил Господь. И своей способностью усваивать новое и вообще информацию. И своей смелостью делиться и дарить без гарантии принятия. И своим талантом верить – нет, не только в бога на картинке, но во что-то неизмеримо высшее, в то, что есть выше нас, чему можно и нужно молиться своими словами. И своей радостью. К слову «радость» даже не подберёшь эпитетов, потому что она – самодостаточна. Самая главная.


Это история о счастье…


Москва – Дворяниново – Липецк

Поделиться ссылкой:  
Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 17 августа 2017 г.

Погода в Липецке День: +30 C°  Ночь: +16C°
Авторизация 
портал
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 
Даты
Популярные темы 



  Вверх