Вт, 21 Мая, 2019
Липецк: +18° $ 64.56 72.37

Они били «великую армию»

Виктор Елисеев | 24.08.2012

Отечественная война 1812 года вошла в анналы истории нашей страны и Русской армии. Россияне, разгромившие армию «двунадесяти языков» в пределах родного Отечества и спасшие Европу от наполеоновского гнёта, имеют полное право называть себя великим народом. И среди представителей этого народа, сражавшихся с ненавистным врагом, было немало добринцев.

Очень метко чувства россиян выразил известный критик и меценат, уроженец Добринского района Николай Голицын: «Когда весть о вторжении несметных полчищ Наполеона разнеслась по России, одно чувство воодушевляло все сердца, приверженные Отечеству, — принести в жертву Родине свою жизнь и достояние...».

Николай Борисович Голицын происходил из старейшего дворянского рода. Его отец, князь Борис Андреевич, дослужился до чина генерал-лейтенанта и в Отечественную войну возглавил Владимирское ополчение. По окончании Пажеского корпуса Николая Борисовича в 1810 году направили в армию. Но военная муштра не привлекала юного князя, и под предлогом плохого здоровья он вышел в отставку. Он изучает гуманитарные науки, искусство, музыку. Но мирная жизнь вскоре была нарушена вторжением в пределы страны армии Наполеона. И он возвращается в армию, где уже служили два его родных брата.

В столице его назначают во Вторую армию, которой командовал прославленный русский генерал от инфантерии Петр Багратион, приходившийся ему родственником по линии матери. В это время Первая и Вторая армии после ожесточённых стычек с неприятелем наконец соединились в древнейшем Смоленске.

Голицын позднее писал в своих мемуарах «Офицерские записки или воспоминания о походах 1812,1813 и 1814 годов»: «Соединение русских армий не могло совершиться с большим успехом, один день разницы мог бы иметь самые гибельные последствия». Багратион принял Голицына по-родственному и назначил его одним из своих ординарцев. Родство тогда означало не «тепленькое местечко», а необходимость быть примером и всегда находиться в первых рядах. Да и Багратион не давал поблажек. Николай Борисович участвует в ряде стычек с врагом. Особенно ему запомнился бой 28 июля 1812 года в местечке Лида. За участие в нем его наградили знаком отличия военного ордена. В бою за Шевардинский редут был контужен и отправлен на лечение в Москву.

Через неделю после Бородинской битвы Голицын присоединяется к отрядам Кутузова и покидает первопрестольную, которую вскоре захватили неприятельские войска. 15 сентября 1812 года Николай Борисович участвует в арьергардном бою близ Красной Пахры. Через день — в кровопролитной стычке у села Чириково. 22 сентября французы пытались атаковать русские войска, расположенные в Тарутинском лагере. Завязался бой, в котором участвовал и Голицын. Его назначают адъютантом к отважному генералу, графу Остерман-Толстому. 12 октября Наполеон предпринял попытку прорваться через Малоярославец в южные хлебородные губернии. Город восемь раз переходил из рук в руки. В этой ожесточённой схватке участвовал и Николай Борисович. Через десять дней он приложил руку к разгрому отступавших войск маршала Даву.

Осень 1812 года выдалась суровой. В ночь с 18 на 19 октября разыгрался снежный буран. Ударил восемнадцатиградусный мороз. Обе противоборствующие стороны были одеты по-летнему. Но тяжелее пришлось французам. О трагической судьбе «Великой армии» Голицын пишет: «Мы продолжали преследование, при котором беспрестанно встречали ужаснейшие картины смерти. На каждом шагу нам попадались несчастные, остолбеневшие от холода. Они сначала шатались, как пьяные, а потом падали мёртвые. Другие сидели около огня в странном оцепенении, не замечая, что их ноги, которые они хотели отогреть, превратились в уголь. Многие с жадностью ели сырую падаль. Я видел, как некоторые из них, дотащившись до мёртвого тела, терзали его зубами и старались утолить этой отвратительной пищей мучивший их голод».

26 октября 1812 года произошёл бой под смоленским городком Дорогобуж. Снова стоял ужасный мороз — 25 градусов. Всю ночь солдаты и офицеры провели на снегу. Голицын вспоминал: «У меня не было даже тёплой одежды, потому что, находясь всегда на передовой, я не имел возможности запастись вещами, нужными для зимы. Труды этой кампании расстроили моё здоровье и оставили в нём следы, которые не исчезли до сих пор».

Корпус Остерман-Толстого был обессилен. Голицыну не довелось наблюдать трагедию французской армии при переправе через реку Березину и бегство Наполеона. Корпус отправили в тыл на отдых и пополнение. Николаю Борисовичу разрешили взять отпуск и подлечиться. Он поспешил в Москву, где в это время с Владимирским ополчением находился его отец. Князь направился по Старой Смоленской дороге, по которой отступали французы, и страшная картина представлялась его глазам: «Я ехал в Москву по дороге через Смоленск, опустошаемый пожарами и взрывами, через Дорогобуж, Вязьму, Гжатск и Можайск. Каждый шаг по этой огромной могиле возобновлял во мне воспоминания, ещё свежие и живые. Везде я встречал тысячи подвод, нагруженных мёртвыми телами. Это горестное зрелище подавало повод к размышлению, не слишком выгодному для человеческого рода».

Лечение и восстановление сил затянулось. И лишь в феврале 1813 года он догнал своих сослуживцев недалеко от Дрездена. Николай Борисович был очевидцем и свидетелем, «с каким уважением и даже восторгом принимали тогда русских офицеров жители Германии, которые после долгого угнетения под игом Наполеона видели в нас освободителей». 16 апреля 1813 года Голицын назначен в разведывательный «летучий» отряд генерала Эммануэля, о котором потом вспоминал с теплотой.

За сражение при Бауцене Николай Борисович был награждён орденом Святой Анны 4-й степени.

Николай Борисович всегда стремился быть в первых рядах сражающихся. Под ним была убита не одна лошадь, он получал многочисленные ранения, но это не останавливало князя. Он, словно азартный игрок, спорил со смертью. С 17 по 20 августа 1813 года сражался в Силезии. С начала января по начало февраля 1814 года участвовал в боях за Рейном.

15 марта 1814 года произошло очередное сражение у переправы через реку Mapну. 3а этот бой Николай Борисович был удостоен ордена Святого Владимира 4-й степени с бантом. За участие во взятии Парижа Голицын награждён именной шпагой с золочённым эфесом и надписью «За храбрость». Это оружие до сей поры хранится в Эрмитаже. 16 апреля 1814 года ему в неполные двадцать лет присваивают звание поручика. Никто его не звал в горнило сражений, никто и не приказывал участвовать в опаснейших операциях и сражениях. Его направлял гражданский долг, любовь к Оте­честву, ненависть к врагу, разорявшему и осквернявшему могилы россиян.

Но из добринцев бил наполеоновское войско не один Голицын. Так, в районе располагается село Павловка, известное так же, как Скуратово и Покровское. В этом селе долгое время жил участник Отечественной войны Павел Скуратов, родившийся в 1793 году. Прапорщик, а позднее и поручик лейб-гвардии Преображенского полка, он сражался в Бородинской битве. Затем его путь пролегал по Европе. Принял он участие и в «битве народов» под Лейпцигом и кровопролитном Кульмском сражении. Грудь гвардейца-офицера украсил Кульмский крест. Павел Петрович был награждён также орденом Святой Анны 4-й степени. Жил отставной штабс-капитан Скуратов в Павловке, где и умер в 1838 году.

Внук прославленного русского полярного исследователя А.И. Скуратова не уронил чести одной из старейших дворянских фамилий. Яков Савельев, владевший имением недалеко от добринского села Демшинка, отличился в военных кампаниях с Наполеоном еще задолго до его вторжения в Россию. В сражении под Аустерлицем он был удостоен золотого оружия с надписью «За храбрость». Кавалер орденов Святой Анны 3-й степени и Святого Владимира 4-й степени с бантом принял участие в Бородинском сражении. В разгар боя, находясь на знаменитых Багратионовых флешах, семеновский гвардеец-капитан Савельев принял на себя командование одним из батальонов, отбивал натиск врага и водил солдат в контратаки.

В одной из них получил контузию и покинул поле сражения лишь вечером. Затем командир батальона, подполковник Савельев отличился в бою под Мало­ярославцем. Не посрамил Яков Петрович русского оружия при реке Березине. Принял он участие и в заграничных походах Русской армии. Грудь полковника Савельева украшали отечественные и зарубежные награды.

Н. Б. Голицын.

Н. Б. Голицын.

В. Верещагин. «В штыки! Ура! Ура! (Атака)».

В. Верещагин. «В штыки! Ура! Ура! (Атака)».

Н. Б. Голицын. В. Верещагин. «В штыки! Ура! Ура! (Атака)».
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных